![](https://ru.petrov.re/wp-content/uploads/2023/05/ua.jpg)
Кому ни задай простой вопрос: «А что будет, если убрать наличность из обращения?»- никто не заходил дальше ответов типа «а у нас в Германии я почти не пользуюсь деньгами» или «ну ничего не будет».
Однако, если посмотреть с точки зрения того, что написано ранее, полный вывод наличных денег из оборота означает «информатизацию» денег и ведет к полному учету всех транзакций населения. Это, по идее, должно быть выгодно правящему классу. При этом, уже сейчас существует техническая возможность перевести абсолютно все расчеты в безналичную форму. Мобильная связь, интернет и электронные платежи уже сейчас способны удовлетворить такую потребность правящего класса, если бы она была. Однако этого не происходит. Почему?
Для того, чтобы понять причины существования наличных денег, стоит сначала пройтись по аналогиям из предшествующих общественных устройств при помощи нескольких риторических вопросов:
Почему процветало каперство, причем «спонсируемое» властью, когда было важно обеспечить безопасность сообщения с Новым Светом?
Почему так неоднозначны взаимоотношения капиталистов и монополий, ими же организуемых, с властью, ими же созданной? Потому же, почему сейчас присутствует наличность. Ведь если бы не было наличности, нельзя было бы продавать и покупать наркотики, брать и давать взятки, организовывать вообще любые нелегальные доходы. А кому выгодно, чтобы не было нелегальных доходов? Современная мораль, поддерживаемая правящим классом, гласит, что обществу безразлично, кто заработал деньги, а кто их потратил, так как деньги — обезличены.
При этом, со скрипом, прорастает новая мораль, которая гласит «я заработал — я и хочу их потратить». Если проследить за эволюцией, скажем, пенсионной системы, то мы четко увидим вектор, который идет от полностью солидарной пенсионной системы ( я плачу в фонд, там все перемешивается, и из него пенсионерам идет выплата) к полностью персонифицированной (вот мой пенсионный счет и вот деньги, которые я накопил).
Характерным примером реакции бюрократии на идею ухода от наличности, является история о том, как академикВ.М. Глушков в середине прошлого века предлагал ввести систему, которая переводила бы экономику исключительно на электронные платежи. Несмотря на то, что сама идея была идеологически в духе идей коммунизма — безденежного общества, ее реализацию просто не допустили, причем с ожесточенным сопротивлением и именно потому, что это лишало бюрократию власти.
Еще раз: протоколирование транзакций сделает невозможной коррупцию денежную. А протоколирование движения материальных ценностей (как делают сейчас уже с недвижимостью и автомобилями, а в Украине, при помощи IMEI еще и с мобильными телефонами) сделает невозможным не только коррупцию «борзыми щенками», но и воровство, разбой и грабеж
Однако, не об этом печется власть. На Украине, например, код IMEI используют для контроля легальности ввоза терминала в страну. Нелегальный телефон работать типа не будет (на самом деле — продолжает работать, то есть базу кодов IMEI собирают явно в других целях). То есть, правящий класс исполняет свою функцию контроля и управления. Вместе с тем, выработать процедуру, позволяющую блокировать IMEI украденного телефона, не торопится никто. Потому что воровство телефонов — выгодно. При помощи воровства телефонов обеспеченные люди покупают новые аппараты, а менее обеспеченные — приобретают телефон и услуги связи. Чем не «спонсируемое» властью каперство?
Если мы коснемся темы наркотиков, то можно просто сослаться, не вдаваясь в подробности, на устойчивое в обществе предположение, что власть и наркобизнес тесно связаны, и правящему классу совсем не выгодно ни легализовывать такой волшебный источник денег, ни перекрывать его на физическом уровне. Простая иллюстрация: Имея ту степень контроля над людьми, которая есть уже сейчас, и ту степень контроля, которую легко обеспечить при необходимости, разве так трудно власти полностью перекрыть оборот наркотиков? Совсем нетрудно. Вместо же перекрывания такого потока, власть устраивает показательные поимки контрабандистов, когда таможенники, не иначе как по указанию с неба, вычисляют, что в запасном колесе именно этого грузовика лежит килограмм героина. Может, все-таки информация приходит не с неба, хотя все равно свысока?
Существование наличных денег позволяет правящему классу легко манипулировать общественным сознанием, обличая тех или иных бизнесменов или ставших неугодными чиновников. Их можно обвинить (и поди потом доказывай обратное) в любых экономических преступлениях, без возможности проверить эти обвинения простым способом — посмотреть список проводок по счету обвиняемого. Кстати, в завершение этой части, интересно проследить эволюцию денег, причем вместе с эволюцией общественных устройств.
- Сначала был натуральный обмен (возникло при общинном строе и стало предпосылкой к соц.неравенству и отмене эгалитаризма);
- потом выделился некий универсальный обменный товар (возникло при рабовладении и стало предпосылкой к феодализму);
- потом этот товар заменили бумажные расписки, свидетельствующие о его наличии у предъявителя (возникло при феодализме в качестве расписок ростовщиков или тамплиеров и стало предпосылкой к накоплению капитала);
- потом расписки заменились просто абстрактными бумажными деньгам (возникло при капитализме и дало толчок к информизму);
- и теперь мы идем прямой дорогой к следующему уровню абстракции — переводу денег просто в записи на счетах.
Следующим этапом может стать децентрализация денежной системы. Ведь если деньги физически никто не печатает, то технически безразлично, кто их выпускает в оборот. Вопрос ведь просто в алгоритмах эмиссии и обеспечения денежной массы. Однако, именно уход от наличных денег и не выгоден чиновникам, и именно это неизбежно придет. И это противоречие между желанием и возможностями правящего класса — не самое главное. А главное противоречие — вот.